Есть такая порода людей – увлеченные. Причем привлекать их могут разные сферы человеческого бытия. А вот Светлана Рудакова выбрала две – поэзию и живопись.

По образованию она – учитель младших классов, 38 лет в школе проработала. Но с юности она уже стала писать стихи, и это ее хобби привело в самую гущу поэтического многообразия Казани. Спросите любого литератора в городе – все знают Светлану Рудакову, потому что редкий поэтический вечер проходит без ее участия или присутствия.
Вспоминает, как оказалась в центре литературной жизни: «Как-то я зашла в издательство – ох, и давно это было! – на улице Баумана. В кабинете сидел симпатичный мужчина с бородкой, внимательные глаза, игривое настроение. Оказалось, что это Марк Зарецкий. Я о нем раньше слышала, но знакома не была. Попросил прочесть меня несколько строк. Выдала лучшее из лучших. Он оживился – приходите, говорит, в литобъединение в музей Горького, я там веду заседания, всем покажу и расскажу, показав ваше творчество, как надо писать стихи!»
Надо сказать, что дружба эта продолжалась до самого ухода Марка Зарецкого из жизни. Руководитель ЛИТО имел взыскательный литературный вкус и нередко даже «гладкие», на первый взгляд, вирши мог разнести в пух и прах. Светлане Николаевне же, пробежав глазами ее строчки, мог по-дружески иронически сказать: «Тебе бы, Света, лучше в балет податься, а?»
Тем не менее поэтесса методично набирала стихотворные миниатюрки и в один прекрасный момент издала трехтысячным тиражом поэтическую книжечку «Игрик и Треза», где под одной обложкой опубликовала и свои произведения, и стихи безвременно ушедшей дочери Ирины.
Но Светлане Рудаковой оказалось стихотворного творчества мало, и она в зрелом уже возрасте, лет восемь назад, закончила архитектурно-дизайнерскую школу при Казанском строительном университете, чуть позже брала уроки у известного художника Владимира Кочунова. Из простого любителя рисовать (живописью увлекалась с детства) превратилась, можно сказать, в профессионального мастера кисти. «Вот какие у меня работы, – хвастается «начинающая» художница, которой на днях исполнилось 75 лет. – Вот картина акварелью, а та – тушью. Эта написана гуашью, справа – маслом». Передо мной целая галерея натюрмортов и пейзажей – «Фрукты», «Сирень», «Подсолнухи». Между прочим, живописные работы Рудаковой демонстрировались на выставке художников СНГ под руководством Лады Аюдаг, на выставке портретистов в КФУ, а на выставке народных художников ей даже вручили диплом как одному из лучших мастеров.
Откуда же в Светлане Николаевне взялась такая творческая универсальность? Уж не объясняется ли этот феномен местом ее рождения – Елабугой, городом, овеянном великими именами Ивана Шишкина и Марины Цветаевой? Сама она «оправдывается» так: «Просто мне нравится всем этим заниматься. И еще я бесконечно радуюсь творческим успехам тех, кого слышу на поэтических вечерах или вижу на художественных выставках». Действительно, Рудакова – завсегдатай всевозможных творческих тусовок. Как-то раз гляжу – входит в зал одного из казанских музеев на костылях: «Вот, разбилась вся». Но желание выбраться в люди сидит в ней настолько глубоко, что она хоть и на костылях, а пришла на встречу.
Близкий Рудаковой человек, поэтесса Наталья Михеева выделила в нашей героине главные черты: «Активный, энергичный человек! Несмотря на возраст, у Светланы Николаевны множество планов: издать новую книгу стихов, выпустить диск песен, подготовить персональную выставку картин. И она верит, что все получится».
Владимир ГАРАНИН

ГВОЗДИКА
Резные мотыльки
Горят пунцовым светом.
На тонком стебельке
Кивают нам приветом.

***
В зелененькой травке
Анютины глазки
Синеют, желтеют, белеют –
Пестрят!
Словно на солнечной
Славной полянке
Расселась полдюжины
Добрых ребят.

ПОКОЙ
Месяц в небе светлой
лодкой.
И качели на двоих…
Стану тихой, стану
кроткой.
Вот и ветер вдруг затих...
Ночь мне –
мудрая сестрица,
Обвила, любя, рукой.
Или это только снится?
Так желаем мной покой.
Как холодное признанье
Притуманенных небес,
Месяц нежно
прикоснулся,
Осветил заснувший лес.

***
Изведав горечь укоризны,
Обид, ошибок,
мелких драм,
Умейте радоваться жизни,
Ее обыденным делам.