Когда деньги становились простой бумажкой

№ 33 от 11 сентября 2020 года

Некоторые валюты в истории оказывались абсолютно бесполезны. Это было связано с войнами, ошибками правительств, запустивших печатные станки и получивших удар в спину в виде гиперинфляции. Вот некоторые примеры из истории, когда деньги теряли ценность, и ими можно было растапливать печь.

Африканская страна Зимбабве находилась в глубоком кризисе: здесь в ходу были 100-триллионные купюры! Земельные реформы президента Роберта Мугабе убили экономику страны, уничтожив ее основной экспорт – сельскохозяйственные культуры. Это оставило Зимбабве практически без иностранной валюты. Цены росли на все. Правительство пыталось удержаться на плаву, печатая все больше и больше бумажных денег, что привело к гиперинфляции, еще сильнее усложнив ситуацию.
К 2008 году в Зимбабве почти не осталось бумаги для печати своих денег, потому что немецкая компания, поставлявшая материалы, остановила доставку. Обычная газета стоила 25 миллиардов местных долларов. Не корпорация СМИ, а одна газета! Доллар Зимбабве был выведен из обращения в 2015 году, страна перешла на иные валютные системы.
В ХХ веке Германия несколько раз испытывала проблемы с инфляцией. В период Веймарской республики, после Первой мировой войны, страна пыталась выплачивать репарации, включив печатный станок. Цены взлетели до такой степени, что в 1923 году они были в триллион раз выше довоенных! Люди расплачивались за буханку хлеба огромными пачками наличных. Деньги стали настолько бесполезны, что граждане использовали их для разжигания печей.
После поражения во Второй мировой войне Германия столкнулась с аналогичной проблемой. Союзники ввели контроль над ценами, что привело страну к финансовому разорению. Немецкая рейхсмарка становилась все слабее и слабее и, в конце концов, была заменена на новую марку в соотношении 10 старых рейхсмарок к одной новой. Этот процесс болезненно сказался на многих предпринимателях, но в целом позволил оздоровить валютную систему страны.
На заре Французской революции государство погрязло в долгах, и правительство отчаянно нуждалось в решении этой проблемы. У человека по имени Шарль Морис де Талейран появился план: реквизировать церковные земли и продать их с аукциона. Кстати, Талейран сам был епископом, когда сделал это предложение. Два года спустя Римский Папа отлучил его от церкви, и Талейран окончательно превратился в политика и дипломата, который сумел добиться успеха. Многие политические деятели считали его «бесстыдным лжецом и обманщиком», чья «моральная испорченность не подлежит сомнению».
Как бы то ни было, идея Талейрана показалась правительству весьма заманчивой. Франция национализировала церковную собственность и начала выпускать ассигнации, которые население могло купить за реальные деньги, а затем использовать их для предъявления на право собственности.
К несчастью для Франции, этот легкий шаг по приобретению наличных денег обернулся гиперинфляцией, когда правительство продолжало печатать ассигнации и повторно запускать их в оборот. К 1796 году их номинальная стоимость в обращении стала в 20 раз больше оценочной стоимости национализированного церковного имущества. Сказалось и то, что Англия, враг Франции того времени, стала печатать фальшивые ассигнации, вливая их во французскую экономику.