В советские времена не было привычных сейчас реабилитационных центров. Эту функцию брали на себя спецклиники и коррекционные школы, где, если использовать нынешнюю терминологию, практиковались и трудотерапия, и медицинские, социальные, культурные, спортивные элементы реабилитации. Вот как об одном таком учреждении – Лаишевской школе-интернате для слепых и слабовидящих детей – с любовью вспоминает ее примерный выпускник, ныне специалист-культорганизатор Республиканского центра социальной реабилитации слепых и слабовидящих Министерства труда, занятости и социальной защиты РТ Георгий Потапов.

«Я рожден в Советском Союзе, сделан я в СССР», – поется в песне. Мне повезло жить и учиться в лаишевской школе с 1975 по 1986 годы. Какое это радостное и знаковое для меня время! Иногда я посещаю свою школу. И прошлым летом в очередной раз наведался в Лаишево.
Вот они – родные ворота, в которые я входил сотни раз! Они видоизменились: нет перекладины и транспаранта с типичной надписью «Добро пожаловать!» За воротами бросаю взгляд вправо, на школьный приусадебный участок. Удивительно: ели, сосны и дубки благополучно прижились. Теперь они высотой метров под 20 – естественное ограждение со стороны улицы Горького. Где-то в этой роще затерялся и посаженный мной дубок.
Слева за высокими елями с трудом просматривается учительский дом. 2-этажное серое панельное здание после капремонта неузнаваемо: облицовано плиткой, покрыто металлочерепицей. Иду к хозяйским постройкам. Обратил внимание на левое крыло школы – крыло девочек. Застекленный балкон, под балконом привели в порядок полукруглые лестницы, установили перила из нержавеющей трубы. Красиво! Обратил внимание, что окна некогда школьной библиотеки, а затем школьной мастерской поубавились по высоте – думаю, в целях экономии тепла. Помнится, зимой на уроках труда мы постоянно занимались в куртках.
Слева рядом с трансформаторной будкой знакомая с детства горка. Вероятно, и сейчас для многих воспитанников отсюда начинается путь к жизненным высотам. Подхожу к хозяйственным постройкам. Не узнать прачечную, гараж, баню, кочегарку – здания обновили, облицевали сайдингом. Возле кочегарки не хватает привычной кучи угля, примыкающей к стене, и нет высокой черной трубы. Эх, как мы любили по этой куче забираться на крышу кочегарки! И на трубу по растяжкам лазать, вымазываясь в саже!
Возле школы со стороны хлебозавода по-прежнему вкусно пахнет выпечкой. Улица Юбилейная отгорожена от школы широкой стеной из елей и сосен. Помню, как с 20 декабря накануне нового года мы по вечерам и ночам охраняли эти елочки от посягателей. Двумя командами мы наматывали круги по периметру школьной территории, смеялись, валяли друг друга в снегу и громко кричали на потенциальных воришек. Потом через лаз в заборе шли на хлебозавод. Выклянчивали у ночной смены пару буханок горячего хлеба… Заканчивали дежурство в теплой кочегарке. По-братски раздербанивали хлебушек и по кругу передавали черную от заварки кружку кочегара с душистым крепким чаем. А наутро все равно парой школьных елочек становилось меньше... Теперь эти 20-метровые ели на раз-два точно не унести.
Подхожу к следующему углу, где был проход в лес. Прежде за школьным забором начиналось бескрайнее поле до самого леса. Теперь здесь плотный жилой массив. Подхожу к нашему стадиону – это что-то! Раньше мы его сами облагораживали, как могли: выравнивали ямы для прыжков в длину, красили ворота, на дорожки из кочегарки носили шлак. Сегодня обновленному стадиону олимпийцы могут позавидовать: футбольное поле с белой разметкой на специальном резиновом покрытии зеленого цвета. Отгорожен сетчатым забором, чтоб за мячом не бегать, как, бывало, мы за ним носились в елочки. Вокруг футбольного поля три беговые дорожки тоже с разметкой на резиновом покрытии малинового цвета. По внутреннему периметру беговой дорожки для тотально незрячих по всем правилам доступности установлены направляющие перила и направляющие плитки.
Старое крыло школы – крыло мальчиков со стороны стадиона. С торца спортзала разместили чудесную открытую спортплощадку. Вот где рай для качков! Четвертый угол школы со стороны Камы. В наше время там сквозь забор виднелась 20-метровая стена берез. Их спилили, а школьную территорию отгородила стена елей и сосен. Единственно, в этой зеленой полосе нет наших любимых яблочек – так мы называли дикую ранетку, которая колючей изгородью росла вдоль школьного забора. До третьих заморозков яблочки маняще висели на облысевших кустах, и мы на переменах бегали к ним, срывали и с аппетитом хрустели. А в ельнике даже в сентябре росли маслята – всем классом набирали полтазика, отдавали на кухню, и добрая тетя Таня на большой сковороде жарила их с картошкой. Вот была вкуснотища!
Выхожу на школьный огород. Боже мой – чего здесь только нет! Картофель, свекла, морковь, кабачки, патиссоны, лук, даже клубника есть. Все по линеечке, полито, прополото. Что там говорить – школа изменилась кардинально: и внешний вид, и вся территория.
Представляете, где-то в нулевых я с другом на дельтолете поднимался с бетонки, расположенной за 16 километров на повороте в Лаишево от Оренбургского тракта. Долетал до поселка (это сейчас ему вновь вернули статус города) и делал сверху несколько снимков интерната с высоты птичьего полета. На этих фотографиях школа еще в прежнем убранстве – с красивыми голубыми елями выше крыши, гипсовым обелиском Ленина… Помню, 22 апреля это был пост номер один. У памятника в почетном карауле стояли два знаменосца с комсомольским и пионерским знаменами, два ассистента слева и справа. Нежелательно было даже моргать. Я всегда был знаменосцем. А через какое-то время от крыльца, чеканя шаг, торжественно шла смена. Дежурить на посту номер один было очень почетно: допускали только учеников с хорошим поведением и оценками.
Из-за этого обелиска я пережил однажды сильный шок, когда футбольным мячом снес вождю пролетариата правое ухо. Думал, все – вместе с предками отправят куда-нибудь в Сибирь. Но, слава Богу, обошлось: Ильичу произвели «пластическую операцию» – прилепили новую гипсовую ушную раковину, покрасили серебрянкой.
В нашем детстве была хорошая школьная традиция: в сентябре проводить осеннюю, а в мае – весеннюю спартакиады. В эти дни отменяли уроки, и большой дружной толпой мы отправлялись в лес. Нырнув в переход через глубокий овраг, выходили на огромную поляну, где загодя были подготовлены 100-метровая беговая дорожка, яма для прыжков в длину, сектор для метания диска, установлен флагшток. После торжественного построения поднимали флаг, и начинались соревнования по нормативам ГТО. Всем было весело и захватывающе интересно. А полдник? Настоящее пиршество победителей! Его на лошади привозил дядя Петя: в повозке стоял огромный хлебный ларь, несколько бидонов с молоком, чаем и водой, металлические кружки. Молоко по договоренности везли прямо с фермы, горячий белый хлеб – с хлебозавода. Напрыгавшись и набегавшись на свежем воздухе, мы сметали все в один миг. Вместе с нами плотно наедался и Орлик – школьный конь. Всем детям хотелось его непременно угостить хлебом, погладить. И тот не скупился на поклоны.
Зимой мы на этой поляне катались на лыжах. В воскресенье утречком поднимались высоко в лес и уж оттуда катились метров 200 в овраг. Нырнув до его дна, мы влетали на противоположную почти вертикальную стену, чтоб погасить скорость, извернувшись, продолжали скользить вниз метров 300, как по каньону. Сколько же сломанных лыж осталось в этом овраге!
Случались и другие детские восторги. Я пять лет ходил в местную музыкальную школу – осваивал игру на баяне. Нас организованно водили на киносеансы, на пионерские костры, которые разводили на берегу Камы.
Еще одно живое воспоминание: трудно представить, но в то время в Лаишево не было мороженого. Его привозили из Казани в автолавках три раза в год: на масленицу, на 1 и 9 мая. На масленицу, которая проходила на ярмарочной площади, мороженое можно было еще и не успеть купить. Зная это, мы загодя скидывались, на всех покупали 2-3 коробки, зарывали в снег на крыше школы и в течение дня наслаждалось любимым лакомством. Не у всех ребят были деньги на мороженое. За них в общую копилку вкладывали наши вторые мамы – дорогие воспитатели.
Свои карманные деньги мы тратили также в местной «Кулинарии». Ассортимент выпечки там был невелик – молочный коктейль, коржики, шахматное печенье – склеенные повидлом обычное и с добавлением шоколада. Я никогда больше не встречал такого печенья, хотя объехал много стран. Оно было какого-то особенного вкуса – наверное, это вкус детства...
Подготовил
Иван ГРИГОРЬЕВ