Человек с инвалидностью, таксующий на личном автомобиле, – привычная картина. У меня полно знакомых, которые по многу лет таким образом зарабатывают деньги, содержат семьи. Но в последнее время над ними стали сгущаться тучи.

В медиапространстве активно обсуждаются «инциденты» с «особыми» таксистами. Одна клиентка засняла на смартфон, как потом выяснилось, слабослышащего водителя и выложила в Интернет с едким устным комментарием: дескать, он вообще не врубается, что я ему говорю, во хмелю, видать! Другая дама, увидев на заднем сиденье авто инвалидное облегченное кресло, а вокруг руля – ручное управление, вдруг усомнилась в адекватности таксиста и поделилась своими опасениями в соцсетях. «Если с таким попадешь в ДТП, кто будет виноват?» – недоумевала она.
При обсуждении этих фактов люди разделились на два лагеря: тех, кто поддерживал инвалидов-водителей – молодцы, мол, не сидят сложа руки, копейку добывают, и тех, кто готов эту шоферскую когорту ликвидировать как класс – нечего, дескать, здоровье пассажиров ставить под удар, ведь автомобиль – это источник повышенной опасности. Но ведь в аварию может попасть любой водитель – рядовой или генерал, с инвалидностью или без. Знаю немало бесшабашных водил, которые то и дело наведываются в кузовные цеха автосервисов – чинить машину после очередного ДТП. И есть ребята с инвалидностью, победители конкурсов водительского мастерства, которые дадут фору любому профессиональному шоферу.
Начнем с того, что инвалид инвалиду – рознь. Под этим понятием подразумеваются разные категории граждан, имеющие ту или иную нозологию. Есть перечень болезней, с которыми получить водительское удостоверение не получится ни при каких условиях. Медицинская комиссия таковым просто не даст «добро» на обучение. Согласно Постановлению Правительства РФ от 29 декабря 2014 года № 1604 «О перечнях медицинских противопоказаний, медицинских показаний и медицинских ограничений к управлению транспортным средством» к рулю не допустят человека с расстройством личности и поведения в зрелом возрасте, с психическими отклонениями и невротическими расстройствами, с умственной отсталостью, с эпилепсией, с ахроматопсией, со слепотой обоих глаз.
Другой момент: если даже по медицинским показаниям человек с инвалидностью имеет право водить личный автомобиль, не каждый из них может работать на нем таксистом. А вот это уже серьезнее. По этому поводу председатель координационного совета межрегионального профсоюза работников общественного транспорта «Таксист» Андрей Попков высказался в СМИ так: «Водитель с инвалидностью просто не пройдет медкомиссию. Перевозка пассажиров сопряжена с угрозой для жизни, поэтому нельзя допускать человека с ограниченными возможностями здоровья к такому виду деятельности». Однако Министерство труда и социальной защиты РФ дает такое разъяснение: «Если у гражданина нет ограничений по здоровью, которые препятствовали бы управлению автомобилем, и он прошел обязательные профосмотры, то он может трудиться в такси. Сам по себе факт наличия инвалидности ограничением для работы в такси не является».
В свою очередь, и мы в еженедельнике «Моя газета. Татарстан» давали обширное разъяснение приказа Минздравсоцразвития России от 12 апреля 2011 № 302н в новой редакции. В этом документе нет прямого запрета на работу инвалидам по слуху даже на грузовом автомобильном транспорте, не то что в сфере пассажирских перевозок на легковом такси. Благодаря этому многие из неслышащих людей трудятся на этом поприще, подключившись к известным агрегаторам. Скажем, «Яндекс.Такси» плотно сотрудничает со слабослышащими водителями, которые трудоустроены в таксопарках или являются индивидуальными предпринимателями. Стандартные требования к ним такие же, как для всех: стаж вождения должен быть не менее трех лет, знакомство с обучающим видеокурсом, который помогает быстрее разобраться с правилами сервиса. Моя родственница в свое время работала оператором фирмы «Такси №1», так слабослышащие водители оказались дисциплинированнее, исполнительнее других – ехали на любой заказ, в любую тьмутаракань. А проблемы с общением сейчас полностью нивелируют современные гаджеты.
Много примеров, когда таксистами работают также люди с более «тяжелой» инвалидностью – с поражением опорно-двигательного аппарата. Вправе ли они заниматься такой деятельностью? Заместитель председателя Татарской республиканской организации Всероссийского общества инвалидов Тагир Сабиров считает: «Здесь нужно подходить к каждому человеку строго индивидуально. Помню, в советские времена ВТЭК в случае удачного прохождения комиссии выдавал инвалидам желтую справку со штампами – годен к управлению «Запорожцем» или мотоколяской. Эксперты определяли потенциальные возможности человека. Это был основной документ – допуск к вождению спецавтомобилем и, как следствие, обеспечение таким транспортом через органы соцобеспечения или соцзащиты. Потом уже на уровне обычной поликлиники время от времени нужно было проходить медкомиссию – вдруг, скажем, зрение стало слабеть или слух? Допуск к вождению – здесь основной принцип. И никто человеку с инвалидностью не может запретить работать в той или иной сфере, которые возможны по состоянию здоровья. Есть профосмотры, ежедневные медосмотры – если все в порядке, какие могут быть запреты?»
Инвалид-колясочник Александр Шумков из Казани, юрист по образованию, имеющий 20-летний водительский стаж, отмечает, что и у пассажиров такси в соответствии с Законом о защите прав потребителей тоже имеется право на получение безопасной услуги и достоверной информации о ней. Скажем, он заказывает такси через агрегатора – логично, если продавец заранее уведомит, что у водителя имеется инвалидность. А уже потребитель сам решает – ехать или отказаться от поездки с таким шофером?
Опыт показывает: случаев «дискриминационного» отношения к «особым» водителям практически не наблюдается. Если услуга предоставлена в срок, качественно, какие могут быть претензии? Но ухо нужно держать востро – в случае чего знать свои права и не нарушать права клиентов.
Владимир ГАРАНИН