Борис Гартвиг: «Как много эта жизнь в себя вместила»

 

 

 

Борис Александрович хорошо помнит себя с четырехлетнего возраста. Родился он на станции Защита в Алтайском крае, но в 1941 году вместе со всей семьей – мамой, папой, старшими сестрами Лидой, Ольгой и младшей Галей – жили в Бухаре.

…22 июня маленький Борис на крепких плечах отца пробирается на площадь – там перед черным громкоговорителем большая толпа людей в скорбном молчании слушает трагическое сообщение о вероломном нападении на нашу страну фашистской Германии. Малыш не ведает, какая волна горя захлестнет всех этих женщин и мужчин, семью Гартвигов… Отец вскоре поедет на поиск работы в город Фрунзе, но в дороге умрет от сыпного тифа. Похоронен где-то в районе Бешкека, могилу так и не нашли. Старшая сестра Лида в это же время тоже сильно переболела этой же напастью. И Бориса не обошла хворь: подхватил дизентерию, в полузабытьи провел неделю. 

 

В 1942 году в Бухаре был страшный голод. Обессилившие люди прямо на улице падали замертво. Отчаявшаяся мать вынуждена была отдать младшеньких – Бориса и Галину в детский дом. Нужно было выживать... Один случай того времени чуть не стал для маленького Бориса фатальным. Малышня отправилась на прогулку, и любознательный мальчик решил испытать – дотянется ли он ногой с края берега арыка до воды? И так и сяк примерялся – и бултых! Плавать не умел – пошел на дно. Воспитательница вовремя увидела: схватила за руки и вытянула на берег.

 

В 1945 году на территории, освобожденные от немцев, вновь стали переправлять заводы и предприятия, которые в начале войны эвакуировали вглубь страны. Харьковский велосипедный завод из Бухары переводят во Львов. Сестра Лида, работавшая на этом заводе заведующей секретной частью, переехала туда же и забрала с собой из детдома Бориса. Уезжающие шутили: «Прощай, Бухара – шалган, джугара. Здравствуй, Украина, картошка и свинина!» Сестре от завода выделили комнату в отремонтированном пленными немцами доме. Борис учился в школе.

 

Шел 1948 год. Старшая сестра вышла замуж за Николая Пусева – старшего лейтенанта, кавалера орденов Отечественной войны 1 и 2 степени и ордена Красной Звезды. Вызвали из Бухары мать, Ольгу и Галину. Оля к тому времени окончила фельдшерские курсы. В один из субботних дней, когда вся семья была вместе, матери вдруг стало плохо. И хотя Ольга успела ей сделать укол, женщина скоропостижно умерла от паралича сердца.

Муж Лиды принимает решение – переехать на свою родину, в город Желтые Воды Днепропетровской области, обосноваться там. Через какое-то время вызвал Лиду, которая к тому времени родила уже дочку Наташу. Борис тоже поехал с ними. Жили в старой глинобитной хате, покрытой соломой. Пол земляной. Вместо электричества – керосиновая лампа. В сарае – корова, поросенок. 75-летний больной отец Николая на руках. Несладко пришлось всем. 

 

Борис Александрович с уважением вспоминает мужа Лиды – Николая: «Он мне был за отца родного. Особых телячьих нежностей не проявлял, общался скромно, но с достоинством. Чувствовалось, что он болел за меня душой. Когда после окончания 7 класса встал вопрос – идти мне учиться в десятилетку или в техникум, сестра была за профессиональное обучение, все-таки тянуть меня еще три года было непросто. Николай же, который следил за моими успехами в учебе, настоял – пусть учится в школе дальше, прочил, что я потом сразу пойду в вуз».

Бывало, Борис попадал с Николаем в передряги. Однажды они на велосипеде поехали на базар, в райцентр за три километра. Купили два ведра вишен, которые повесили на руль, мальчик – на раме. Мчались с горы, велосипед набрал скорость, и на крутом повороте мужчина с подростком хлопнулись в густую пыль – ягоды рассыпались, велик требовал ремонта. Везли потом его на попутной телеге.

 

На родине Николая Борису пришлось пойти в украинскую школу, поскольку русской просто не было. До 10 класса украинский выучил так, что выпускные экзамены сдал без проблем. А вот в Днепропетровском университете, куда он поступил, обучение шло уже на русском. Физико-технический факультет – престижный по тем временам. Стипендия там была повышенная: 380 рублей в месяц, тогда как у других – 220. И группа подобралась на редкость сплоченная. Как-то у Бориса случилась неприятность: деньги, которые он хранил под кроватью в чемоданчике (жил в общежитии) пропали. Прознав про эту его беду, все 24 однокурсника сложились по 10 рублей. Денег вполне хватило на еду. 

 

Раньше было как: отучился в государственном вузе – три года отработай там, куда направят. Борис вместе с однокурсником Аркадием Ежовым поехал в Челябинск на завод крупного станкостроения имени Орджоникидзе. Гартвиг стал помощником мастера, потом мастером, инженером-конструктором, инженеромтехнологом. В начале шестидесятых стратегическое производство было в центре внимания всех и вся. Случались какие-то необъяснимые происшествия. Раз приезжает Борис к 8 часам на работу – кругом пожарные машины, шланги, гарь, суматоха. Оказалось, полностью выгорело здание одного из цехов. Но надо отдать должное руководству страны и завода – новое здание возвели всего за несколько месяцев. 

Бориса перевели в цех по изготовлению ракетных двигателей. Это было новое веянье – начиналась эпоха космонавтики, и на вооружение ставили межконтинентальные ракеты. За месяц в цеху изготавливали десять воздушно-прямоточных двигателей – штучные изделия. Титановый сплав, аргонно-дуговая сварка – приходилось осваивать новые материалы и технологии.

В то время требовались специалисты для формирующихся ракетных войск стратегического назначения. Бориса и его товарища Аркадия пригласили на беседу в военный комиссариат Челябинска и предложили вступить в ряды Вооруженных сил страны и отправиться на службу в Кировскую область. Пообещали зарплату в два раза выше и жильем обеспечить. У молодого специалиста в то время уже были жена Нина и малолетний сын. Согласились. Зарплата и вправду была неплохая, а вот с квартирой тянули долго, но выделили-таки двухкомнатную. Радости у всех было – до небес!

 

Борис Александрович вспоминает, как тяжело все ракетчики переживали Карибский кризис, когда пришлось месяц жить-служить в постоянном напряжении. И после этого к ракетным войскам внимание еще больше усилилось. Дивизион, где служил Борис Александрович, отправили на Байконур на проведение боевых стрельб. Продемонстрировали отличный результат – ракета попала точно в цель. Всем специалистам повысили разряд – присвоили второй класс. А в это время в дивизию приехал представитель бывшего Казанского авиационно-технического училища, которое в то время передали в состав ракетных войск стратегического назначения. Он набирал специалистов и преподавателей. Беседовал с военными, предлагал поехать в Казань... Спустя три месяца после этого разговора вышел приказ главнокомандующего ракетными войсками страны о переводе группы офицеров в Казанское высшее командно-инженерное училище. В их числе был и Борис Гартвиг.

Вначале работал инженером на кафедре №23 «Приборы и система управления». Потом судьба его забросила преподавателем на военную кафедру Казанского инженерно-строительного института, где он, проработав семь лет, дослужился до майора. Затем вновь вернулся в училище, где служил до этого, но уже преподавателем, а на плечах – погоны подполковника. 

 

Оставаясь преподавателем в вузах, любому офицеру зачастую приходится участвовать в совершенно иных видах работ, исполнять приказания командования. Скажем, Борис Александрович ездил руководить взводом в автобатальоне по сбору урожая на целине. Работая в военном училище, по выходным ходил с курсантами в наряд – «патруль по городу». В одно из таких дежурств спас человеку жизнь. Произошло это на железнодорожном вокзале. В потемках, светя прожектором, надвигалась громада локомотива. Вдруг Гартвига кто-то резко дернул за китель сзади и выкрикнул: «Там человек!» И показал на рельсы. Подполковник молниеносно спрыгнул, оказавшись перед носом поезда, каким-то неимоверным усилием приподнял человека и выбросил на перрон, потом и сам выскочил. Буквально через несколько секунд по рельсам уже стучал колесами поезд…

 

Борис Александрович полушутя говорит: «Служба мне не давала писать стихи. Некогда было!» Выйдя на пенсию, появилось свободное время и – стали рождаться поэтические строки. Гартвиг – активист Союза ветеранов Республики Татарстан, входит в бригады по патриотическому воспитанию, которые посещают школы, вузы, дома-интернаты. Подполковник с помощью сокровенной лиры находит ключик к сердцам молодежи и других слушателей. В этом году по инициативе Совета ветеранов Казанского государственного архитектурно-строительного университета в типографии это вуза был издал сборник стихов Бориса Гартвига. В нем есть такие строки:

Как много эта жизнь 

в себя вместила.

Не раз я был у роковой 

черты.

Но Богу и судьбе 

угодно было,

Чтоб эти строки 

прочитали вы.